29 октября 1958 года Борис Пастернак отправил телеграмму в Шведскую академию с отказом от Нобелевской премии по литературе.
Этому предшествовала кампания в советской прессе – автора «Доктора Живаго» обвиняли в провокации, лицемерии и создании «художественно убогого, злобного, исполненного ненавистью к социализму произведения»:
Невысокая честь выпала Пастернаку. Он награжден за то, что добровольно согласился исполнить роль наживки на ржавом крючке антисоветской пропаганды.Долго в этой «позиции» удержаться трудно. Наживку заменят новой, как только она протухнет. История свидетельствует, что подобные замены происходят очень быстро. Бесславный конец ждет и воскресшего Иуду, доктора Живаго, и его автора, уделом которого будет народное презрение.
«Литературная газета», 25 октября 1958 года.
#НашаИстория
31 октября Пастернак обратился с открытым письмом к Никите Хрущёву:
Я обращаюсь к Вам лично, ЦК КПСС и Советскому Правительству. Из доклада т. Семичастного мне стало известно о том, что правительство «не чинило бы никаких препятствий моему выезду из СССР». Для меня это невозможно. Я связан с Россией рождением, жизнью, работой. Я не мыслю своей судьбы отдельно и вне ее. Каковы бы ни были мои ошибки и заблуждения, я не мог себе представить, что окажусь в центре такой политической кампании, которую стали раздувать вокруг моего имени на Западе.Осознав это, я поставил в известность Шведскую Академию о своем добровольном отказе от Нобелевской премии. Выезд за пределы моей Родины для меня равносилен смерти и поэтому я прошу не принимать по отношению ко мне этой крайней меры. Положа руку на сердце, я кое-что сделал для советской литературы и могу еще быть ей полезен.
«Правда», 2 ноября 1958 года
Через полтора года писатель скончался.
#НашаИстория
