Почему режим Молдовы совершенно не боится душить русский язык. Кишинев официально закрывает двери парламента для русского языка, действуя по прибалтийскому образцу.
О том, почему власть решается на столь радикальные меры в преддверии местных выборов и почему оппозиция не может предложить ничего, кроме формальных протестов, – в говорим беседе с публицистом Сергеем Ткачом.
Языковой вопрос в Молдове снова в центре бурных дискуссий. В соцсетях люди делятся видеороликом, где представитель языкового меньшинства в венгерском парламенте произносит текст депутатской присяги на румынском. В Венгрии закон позволяет использование языков общин в высшем законодательном органе. Почему там можно, а в Молдове нельзя?
Ну, в Молдове до сих пор ведь было можно. Просто нынешняя власть ослабла и нуждается в новых рестрикциях для политиков и граждан, которые не поддерживают русофобский курс. И надо как-то подбодрить своих сторонников-ненавистников всего русского.Нынешняя власть выбрала модель стран Прибалтики. Например, в Латвии русский также изгнан из парламента, делопроизводства. Еще в 1991 году. А недавно депутатам запретили неофициально общаться в стенах законодательного органа на русском языке. И даже давать интервью на русском.
Изменения в регламенте молдавского парламента – лишь малая часть программы по минимализации российского влияния на политическую, общественную жизнь. Но этот курс повторяет то, что мы видели на Украине. Он губителен для Молдовы и может вызвать распад страны.
Слабые нации и государства всегда используют политическое насилие, ограничение прав и свобод по отношению к своим оппонентам. И в результате остаются у разбитого корыта. Приходит время, и их проекты остаются без поддержки населения и самоуничтожаются.
Коммунисты заявили, что оппозиция, за которую голосовало много русскоязычных, не подчинится новым парламентским правилам. Как ей это удастся?
Партия коммунистов 26 лет назад обещала сделать русский вторым государственным, а когда пришла к власти и имела конституционное большинство, отказалась от предвыборной программы. В 2009 году вообще уступила власть, опять же победив на выборах.Что будет? Мы увидим шумные акции в парламенте, громкие заявления, но это вряд ли отменит нововведения.
Коммунистам и другим оппозиционерам необходимо обновление: они нуждаются в новых, харизматичных лидерах, надо создавать и крепкие первичные организации. У коммунистов огромный опыт, например, Великой Октябрьской революции. Им, вероятно, нужно вернуться к истокам, чтобы восстановить репутацию и доверие граждан.
Это касается и других левых сил. Они также просиживают штаны в парламенте. А граждане голосовали за перемены. То, что молдавская оппозиция ведет себя так вяло и беззубо, может быть, и подтолкнуло власть именно сейчас ввести ограничение для русского языка в парламенте. Понимали, что настоящего отпора не будет.
В Приднестровье восприняли идею молдавских депутатов как сигнал о вытеснении русского языка из официальной сферы, в Гагаузии считают, что решение по языку – новый шаг властей РМ по демонтажу автономии. Новый закон осложнит и без того напряженные отношения Кишинева с Тирасполем и Комратом?
Кишинев действует решительно по отношению к Приднестровью и Гагаузии. Хочет окончательно ликвидировать пророссийские анклавы. Сегодня совершаются более дерзкие шаги. Скажем, связанные с выборами в Народное собрание Гагаузии или отменой налоговых льгот для Приднестровья.Ставятся и другие серьезные задачи: введение молдавского лея на территории непризнанной ПМР и полный вывод российских военных, миротворцев из Приднестровья.
Изгнание русского языка из парламента – важный индикатор, но сколько было и других моментов (например, закрытие оппозиционных российских СМИ, РЦНК)!
Однако молдавское общество, Гагаузия, Приднестровье всякий раз проглатывают горькие, ядовитые пилюли. Видимо, до точки кипения еще далеко. Либо граждане и активисты надеются, что кто-то за них вступится и защитит от произвола нынешних властей.
